4vlastinfo

Налоговая реформа и диалог власти с обществом: Казахстан между фискальной консолидацией и социальными издержками

АСТАНА 4 vlastinfo.kz Аналитика на основе круглого стола Taldau Talks (Маулен Ашимбаев, Серик Жумангарин, Тимур Сулейменов, Айдархан Кусаинов) и публичной дискуссии о новом Налоговом кодексе

Повышение налогов, рост тарифов и вопрос доверия

Казахстан вступает в период глубоких преобразований: фискальная консолидация вынуждает власти принимать непопулярные решения — с 1 января 2026 года ставка НДС повышается с 12% до 16%, усиливаются комиссионные и налоговые обязательства для бизнеса. Государство объясняет эти шаги необходимостью закрыть бюджетную брешь и обеспечить устойчивость публичных финансов. Общество отвечает тревогой: реальные доходы не растут, цены уже повышаются, и многие граждане не чувствуют пользы от «реформ». Именно эти противоречия легли в основу первой в новом сезоне дискуссии подкаста Taldau Talks, где в публичный эфир вышли спикер Сената Маулен Ашимбаев, вице-премьер Серик Жумангарин, председатель Нацбанка Тимур Сулейменов и экономист Айдархан Кусаинов.

Контекст реформ: почему нужны деньги и почему они бьют по карману

Правительство настаивает: фискальная консолидация неизбежна. Дефицит бюджета, структурная уязвимость экономики, необходимость инвестиций в инфраструктуру, модернизация ЖКХ и энергетики — всё это требует средств. Налоговая реформа, по официальным оценкам, принесёт в бюджет порядка триллиона тенге в год, позволив сократить государственные заимствования и стабилизировать соцвыплаты в среднесрочной перспективе.

Однако характер самих мер — повышение НДС, либерализация тарифов в ЖКХ, корректировки в налогообложении — создаёт непосредственное давление на потребителя и малый бизнес. Рост НДС — налог на потребление — особенно болюч для домохозяйств с низкими доходами: он повышает цены на базовые товары и услуги.

«Taldau Talks»: публичный экзамен доверия власти

В студии Taldau Talks диалог превратился в зеркальное отражение системного конфликта между логикой бюджета и логикой жизни людей.

Маулен Ашимбаев, открывая сезон, поставил ключевой вопрос: если население не ощущает преимущества реформ, то для чего они?

«Если благосостояние населения не растет, зачем эти реформы нужны?» — спросил он.

Серик Жумангарин признал, что «ряд реформ наложился друг на друга» — тарифная реформа ЖКХ, налоговая реформа, либерализация рынка ГСМ — и что именно совокупность этих процессов вызвала рост инфляционных ожиданий. Правительство, по его словам, скорректировало темп реализации некоторых мер, «развело по времени» наиболее болезненные этапы, но не отказалось от курса.

Тимур Сулейменов, председатель Нацбанка, лаконично обозначил реальность распределения бремени: «Даже если это не вернули тебе, тебя это не волнует — отдавать всё равно будешь ты». Эта фраза стала символом той логики, при которой системные ошибки перекладываются на потребителя.

Айдархан Кусаинов обозначил диагноз радикально: «Мы не реформируем экономику — мы просто повышаем цены». По его мнению, действия властей больше похожи на «пожаротушение»: там, где «загорелось», власть временно принимает меры, но системной перестройки не происходит. Он критически отнёсся к идее «тариф в обмен на инвестиции», напомнив прошлые эпизоды, когда обещанные инвестиции либо не приходили, либо раздувались в карманах посредников.

Что именно обсуждали — тезисно и подробно

1. Налоги как «цена государства» Кусаинов подчеркнул: налоги, тарифы, процентные ставки — всё это цены. Повышение НДС — не техническое действие, а прямая цена, которую платит гражданин. Он отметил, что текущая налоговая политика мало ориентирована на рост доходов населения, а больше — на «сведение бюджета».

2. Сложная «совокупность реформ» Жумангарин объяснил, что налоговая, ЖКХ и топливная либерализация совпали по времени, и именно это совпадение породило эффект «накала» — ценовой и психологический — в обществе. Правительство, по его словам, решило «развести по времени» наиболее болезненные шаги, уже снизив вклад тарифной реформы в общий рост цен с 1,32% до 0,25%.

3. Импортная уязвимость и внешние факторы Вице-премьер отметил влияние внешнеэкономической конъюнктуры: укрепление доллара и рубля, удорожание импорта, а также ограниченная способность сельского хозяйства быстро заместить импортные позиции — всё это усилило инфляционное давление.

4. Реакция индустрии и бизнес-риски Экономист обратил внимание, что повышение налогов (особенно косвенных) усиливает стимулы для ухода бизнеса в тень, а также ухудшает конкурентоспособность внутреннего спроса — то, что бизнес-ассоциации уже сигнализировали публично.

5. Политическая уязвимость в момент конституционных изменений Важный, но менее эксплицитный тезис: Казахстан проводит конституционную трансформацию («вторая республика»). В такой период внешнее и внутреннее давление возрастает; крупные структурные изменения в экономике могут усилить риски политической и социально-экономической нестабильности.

Причинно-следственные связи: как одно тянет за собой другое

Ниже — ключевые причинно-следственные цепочки, выявленные в ходе дискуссии и последующего анализа.

1. Фискальные проблемы бюджета → повышение налогов (НДС ↑) → рост потребительских цен → падение реальных доходов населения → снижение внутреннего спроса → давление на рост ВВП.

2. Либерализация тарифов ЖКХ и рынка ГСМ (с целью привлечения инвестиций) → рост тарифов для конечного потребителя → краткосрочное повышение инвестиционной привлекательности сектора (возможно) + рост инфляции → усиление общественного недовольства.

3. Совпадение реформ по времени (налоговая + ЖКХ + ГСМ) → синергетический эффект инфляционных ожиданий → компании корректируют цены заранее → эффект самореализации инфляции.

4. Отсутствие структурной политики (переработка, импортозамещение, промышленная диверсификация) → экономика остаётся уязвимой к внешним шокам → повышение налогов становится главным инструментом восполнения дефицита → замкнутый круг.

Главные риски и побочные эффекты реформы сейчас

1. Рост теневого сектора. Малый и средний бизнес, испытывая налоговую нагрузку, может частично уйти в «серую зону». Это уменьшит налоговую базу и ухудшит качество администрирования.

2. Ухудшение покупательной способности домохозяйств. Особенно уязвимы низкооплачиваемые слои, пенсионеры и социально незащищённые семьи. Рост НДС отразится на ценах на продукты питания и основные услуги.

3. Социальная напряжённость в момент политической трансформации. Референдум и конституционные изменения повышают политическую чувствительность общества; экономические шоки в этот период могут привести к протестной динамике.

4. Ухудшение инвестиционного климата внутри экономики реального сектора. Если реформы не сопровождаются поддержкой продукции и модернизации, то инвестиции останутся точечными, а промышленная политика — слабой.

   Возможные пути корректировки — практические рекомендации

5. Фазирование и таргетирование мер. Повышение НДС и другие меры должны сопровождаться четкими компенсаторными механизмами для уязвимых групп (таргетированные субсидии, индексация минимальных доходов, расширение социальных программ).

6. Гарантии для малого и среднего бизнеса. Временные налоговые каникулы, уменьшение административного давления и упрощение отчетности помогут снизить стимулы ухода в тень.

7. Инвестиции в переработку и импортозамещение. Стратегия долгосрочной диверсификации должна предусматривать налоговые и прямые стимулы на локализацию производства и модернизацию индустрии.

8. Прозрачность и коммуникация. Власти обязаны более открыто объяснять цели реформ, их временные рамки и механизмы защиты населения — это снизит ожидания инфляции и укрепит доверие.

9. Антикризисные «подушки» на уровне регионов. Местные бюджеты могут получить целевые трансферты для поддержания социальной инфраструктуры и смягчения ударов по уязвимым домохозяйствам.

Ключевой вопрос: реформа ради кого?

Подкаст Taldau Talks продемонстрировал важный сдвиг: власть больше не может обсуждать реформы в закрытом режиме — вопросы перешли в публичную плоскость, и это повышает требования к ответственности. Главный вызов — превратить фискальную необходимость в элемент экономической трансформации, а не в серию временных решений, которые платятся обычными людьми.

Маулен Ашимбаев в финале дискуссии сформулировал главную меру успеха реформ: если население не чувствует пользы от экономического роста — реформы бессмысленны. Это, по сути, ключевой вывод: реформы должны вести к росту благосостояния, а не к росту квитанций.

Сейчас Казахстан стоит перед выбором: продолжать «латать дыры» и перекладывать бремя на граждан — или же инвестировать политическую волю в системную перестройку экономики, где налоговая консолидация станет инструментом, а не самоцелью. Судя по дискуссии, в руководстве это понимание назревает — но ещё не превратилось в последовательную стратегию. И от её скорости и качества теперь зависит, останется ли Казахстан субъектом собственной судьбы или вновь превратится в поле внешних угроз и внезапных реформ.

Экономика на «стероидах»: взгляд Айдархана Кусаинова

Самым острым участником дискуссии стал экономист Айдархан Кусаинов. Его выступление звучало как диагноз: Казахстан не реформирует экономику, а просто повышает цены.

Он упрекнул правительство в том, что под видом реформ фактически происходит латание бюджетных дыр. Повышение тарифов, налогов и цен — не структурная трансформация, а «маркетинг» и попытка компенсировать дефицит бюджета. «Налоги — это тоже цены. Государство просто повышает цену за своё существование», — добавил он.

По мнению Кусаинова, экономика Казахстана остаётся разбалансированной, а модель развития не изменилась со времён 2010-х годов. Промышленность стагнирует, доля обрабатывающего сектора не растёт, а доля торговли достигла исторического рекорда — 20%.

«Мы ходим по кругу: повышаем тарифы — потом снижаем, потом снова повышаем. Это не макроэкономика, это затыкание дыр», — резюмировал эксперт.

Между макроэкономикой и политикой

Критика Кусаинова звучит особенно остро на фоне вступающего в силу нового Налогового кодекса. С 2026 года ставка НДС в Казахстане вырастет с 12% до 16%. Правительство объясняет это необходимостью «фискальной консолидации», но бизнес-сообщество предупреждает: рост НДС неизбежно приведёт к повышению цен и снижению покупательной способности населения.

Согласно официальным прогнозам, бюджет получит дополнительно около 1 триллиона тенге в год. Но экономисты опасаются, что эффект окажется обратным — часть бизнеса уйдёт в тень, а рост цен ускорит инфляцию.

Таким образом, страна оказалась в замкнутом круге: чтобы стабилизировать экономику, власти повышают налоги и тарифы, но именно эти шаги подрывают потребительскую активность и тормозят развитие.

Бюджет - как базар

Завершая разговор, Кусаинов рассказал анекдот, который стал метафорой всего обсуждения:

-На базаре спрашивают: "Почему ведро яблок стоит 10 рублей, а не 3?" —Деньги очень нужны, - отвечает продавец.

Так бюджет не наполняется...

Этот образ — не просто ирония. Он отражает главное противоречие казахстанских реформ: страна пытается наполнять бюджет не за счёт роста экономики, а за счёт населения.

Уроки подкаста и будущее реформ

Подкаст Taldau Talks показал — в Казахстане формируется новая откровенность. Власть впервые публично признаёт издержки и ошибки экономической политики, а эксперты всё громче говорят о структурных проблемах.

Но главный вопрос остаётся открытым: готово ли государство перейти от «пожаротушения» к настоящим реформам, которые изменят логику экономики, а не просто цифры в квитанциях?

https://youtu.be/wsaGHBko8SY?si=lb8eAN2M79oYV_Cu

Автор: Гульмира Сарбасова